Бога ради
Религия будет играть большую роль в политике 21 века.
За время четырехчасового путешествия из Кано в Джос в северной Нигерии можно познакомиться со многими особенностями жизни в Африке: контрольные пункты с энергичными солдатами, огромные выбоины, тощие дети в футболках, сушащие рис прямо около дороги. Кроме того, это и путешествие вдоль линии фронта.
Нигерия, поделенная на две равные части между христианами и мусульманами, - это страна, где люди идентифицирует себя сначала по религиозной принадлежности и только потом как нигерийцев. По оценкам Шеху Сани, местного хроникера религиозного насилия, с 1999 года около 20 тысяч нигерийцев были убиты во имя Бога. Кано, центр исламского севера, 7 лет назад установил на своей территории законы шариата. В результате, многие христиане вынуждены были искать убежища в Джосе, штат Плетау, где начинается христианский юг. Дорога между этими 2 городами усеяна конкурирующими друг с другом церквями и мечетями.
Это только одна из множества религиозных зон конфликта в Африке. Христиане-евангелисты, финансируемые деньгами американской коалиции, направляются на север, где сталкиваются с исламскими фундаменталистами, опирающимися на Саудовские нефтедоллоры. Разделение на христиан и мусульман – это только одна из форм религиозного противоборства в Нигерии. События в Ираке восстановили суннитов, которые составляют большинство Нигерийских мусульман, против шиитов, оказавшихся лучше организованными; по оценке г-на Сани около 50 человек погибли в результате внутриисламского конфликта. Не все спокойно и среди христиан. Католики находятся в противостоянии с протестантами-евангелистами, чьи знаки, обещающие немедленное искупление грехов, в огромном количестве расставлены по обочинам дорог. К тому моменту, как вы доберетесь до Джоса и увидите плакат, рекламирующий «Азбуку питания», вы будете удивлены, что это всего лишь о шоколаде.
В последние годы христиане стали возвращаться в Кано, отчасти потому, что законы шариата (относящиеся в основном к мусульманам) вводятся достаточно мягко. Не было вынесено не одного жестоко приговора. Более того, апрельские выборы были обнадеживающе светскими.
Но, тем не менее, немного нужно, чтобы ситуация вновь обострилась. Мусульманский север негодует по поводу попыток христиан прибрать к рукам деньги, получаемые Нигерией от продажи нефти. В результате нападения таинственного «Черного Талибана» на полицейский участок в Кано, около 20 человек были убиты. В сентябре исламская молодежь устроила поджоги магазинов, после того, как появились слухи, что местный учитель-христианин нарисовал карикатуру на пророка Мухаммада. Но миссионеры все равно продолжают свое дерзкое продвижение на север. По заявлению Салиху Гарбы, известного мусульманина, обращенного в христианство, на жизнь которого уже не раз покушались, у Евангелистической Церкви Западной Африки есть 157 храмов в штате Кано, в 2 раза больше, чем 5 лет назад.
Путешествие из Кано в Джос может показаться путешествием во времени. Но, на самом деле, религиозная линия фронта проходит по всему миру.
Очевидно, что американцы и англичане бы не гибли сейчас в Ираке, если бы 19 молодых мусульман не устроили террористическую атаку на США во имя Аллаха. Два предыдущих больших военных вторжения Запада – защита мусульман в Боснии и Косово от православных сербов и католиков хорват. Следующей войной США может стать война против Исламской Республики Иран. Религиозная составляющая стала проявлятся и в других конфликтах. В палестино-израильском противостояние огромное количество людей заявляет, что Бог на их стороне (при том самые рьяные из подобных заявлений произносятся в десятках километрах от зоны конфликта). Мьямнским буддистским монахам практически удалось свергнуть жестокую местную власть, но на Шри-Ланке они способствуют продолжению кровавого противостояния с мусульманами. Во время выборов в Индии мост в Шри-Ланку, по преданию построенный богом Рама (вместе с группой обезьян), может значить не меньше, чем договоренности по вопросам ядерной безопасности с США.
Вновь подсели на «опиум для народа» бывшие советские республики. Советская секретная служба, КГБ, травила церковь. У ее наследницы, ФСБ, есть своя церковь напротив главного здания. На заседаниях польского парламента спикер всегда крестится, прежде чем занять свое место. Некоторые китайские технократы считают, что конфуцианство, которое Мао называл «феодальным», может стать основой для единения общества в быстро меняющейся стране. Но они же проявили неоправданную жестокость по отношению к представителям буддистской секты Фалум Гонг, и они же серьезно обеспокоены тем, что число прихожан в христианских храмах скоро может превысить число членов Коммунистической партии.
Религия также возвращается и на политическую сцену Запада. Американский президент начинает каждый свой день на коленях, а каждую рабочую встречу в своем кабинет, - с молитвы. Самый простой способ отличить республиканца от демократа – это спросить, как часто он\она ходит в церковь. На все усмешки европейских либералов по поводу теократии по-американски американские консерваторы отвечают, что секуляризированная, бездетная Европа скоро превратится в Евроарабию. По мнению многих секулярных интеллигентов что настоящее «столкновение цивилизаций» произойдет не между религиями, а между религиозными предрассудками и современностью. За последнее время бестселлерами уже стали такие, критикующие религию книги как «Конец веры» Сэма Харриса, «Божественный обман» Ричарда Давкниса и «Господь не всемогущий – Как религия отравляет все вокруг» Кристофера Хитченса. Такая контратака является показателем силы религии. Г-дин Давкнис даже создал организацию по помощи атеистам во всем мире.
Частично подобная секулярная ярость, особенно в Европе, стала результатом озлобления. В конце концов, начиная с эпохи Просвещения, основным каноном прогрессивной мысли, основанной на науке, образовании и демократии, был уверенность в том, что современность должна покончить с религией. Этого, мягко выражаясь, не произошло. Количество регулярно совершаемых религиозных обрядов непостоянно, но, очевидно, что движение к секуляризированному обществу приостановлено, в некоторых местах даже наблюдается рост религиозности. Количество приверженцев 4 мировых религий, христианства, ислама, буддизма и индуизма, выросло с 67% в 1900 году до 73% в 2005 и возможно достигнет 80% к 2050 году.
Более того, по мнению атеистов, самые неподходящие религии становятся все популярнее в самых неподходящих местах. В общем и целом, преуспевают наиболее радикальные разновидности религии — наподобие тех, что декларируют, будто встреча Адама с Евой имело место 6003 года тому назад. Некоторые из новобращенных принадлежат низшему классу (например, пентакостализм широко распрастранен в беднейших районах Бразилии), но в основном это не так. Американские евангелисты по большей части люди хорошо образованные и хорошо зарабатывающие. В Индии и Турции религиозные партии поддерживаются представителями активной буржуазии. Раз религия теперь дружна с современностью, то и вечные вопросы стали модными. По словам отца Ричарда Джона Нейхаауса, когда он только основал Центр по изучению религии и общества в 1984 году, подобных центров в Америке было только четыре, сейчас, по его оценкам, около двухсот. Верующие люди все активнее высказывают свое мнение по любым вопросам, в том числе и в сфере бизнеса. Найл Фергюсон, шотландский историк, с помощью теории протестантской этики труда Макса Вебера смог объяснить, почему европейцы трудятся меньше, чем американцы.
Райский сад
Филипп Дженкинс, один из лучших американских религиоведов, заявляет, что «если углубиться в изучение истории, то можно увидеть, что религия – это главная животная и разрушающая сила во всех исторических события, указывающая людям как относится к понятию политических прав и свободы, осмыслению права нации, и конечно же, в конфликтах и войнах». Судя по последним семи годам, г-дин Джекинс весьма прав.
Что изменилось?
На удивление тяжело получить объяснение этого от главных защитников религии. Обычно верующие заявляют что-то типа «невозможно вечно подавлять правду». Социологи обращают внимание на то, что за пределами Западной Европы люди всегда были религиозны. Один из специалистов этом вопросе, Питер Бергер, обвиняет журналистов в том, что они слишком много времени посвящают изучению религиозных традиций, а не секулярных исключений: «Чем заниматься американскими евангелистами или мусульманскими муллами, им бы следовало обратить внимание на английских профессоров».
Хотя до сих пор подчеркнутая набожность остается практически такой же, как и раньше, роль религии в обществе значительно изменилась. Еще десять лет назад большинство академиков и политиков сочли бы заявление г-дина Джекинса о центральном положении религии по отношению к политике фантастическим.
В конце концов, весь XX века религия была изгнана из политики. Для большинства элит Бог был уничтожен Дарвином, отвергнут Марксом, разрушен Фрейдом. Если Сталин вытеснял Его насильственно, то в Европе сила была не нужна: на протяжении столетий значение религии падало в обществе само по себе. В Великобритании рев уходящего англиканизма к началу XX века сталь не более чем, далеким эхо.
В Америке количество прихожан остается высоким, но христиане-евангелисты, удаленные из политики, поставленные в тяжелое положение огромным количеством запретов и «Судом против обезьяны» (где креационисты были осмеяны). В 60-е Джек Кеннеди уверял страну, что его религиозность не испортит его политику. В 1966 журнал Тайм вышел со знаменитым заголовком «Бог умер?»; через три года человек достиг луны, образно выражаясь, покорив Небеса.
Для лидеров современного постколониального мира секуляризм и прогресс были неразделимы. По словам «Фез», Кемаль Ататюрк «очистил наши головы от невежества и фанатизма». В Индии Джавархфрлал Неру хотел полностью изгнать религию, которая «почти всегда основана на слепой вере и реакции, догмах и фанатизме, суевериях и объяснениях, защите прав определенных слоев общества. В Египте, Гамаль Абдель Нассар, поборник арабского национализма, подавил Мусульманское Братство. Новые африканские правители национализировали школы христианских миссионеров, в которых учились сами. Даже государство евреев не обращаело большого внимания на религию: после создания Израиля в 1948 году его абсолютно нерелигиозный лидер Давид Бен Гурион согласился с тем, чтобы раввинские законы распространялись на брак и развод, отчасти потому, что был уверен, что ортодоксальные евреи скоро исчезнут.
Взглянув назад, можно понять, что переломный момент наступил задолго до того, как Бен Ладен объявил джихад евреям и крестоносцам. По мнению Тимоти Шаха, члена нью-йоркского совета по иностранным делам и автора книги о секуляризме, повортной точкой стала шестидневная война в 1967 году. Она стала свидетельством сокрушительного поражения секулярного панарабизма; более того, «чудесный» триумф Израиля, дал Богу право голоса в вопросах израильской политике, способствовавшего решающему удару. В том же году индуистская националистическая партия получила 9.4 % голосов на выборах в Индии.
К концу 70-х контрреволюция была в полном разгаре. Американцы выбрали своим президентом первого «вновь христианина» Джимми Картера; Джерри Фэлвелл основал «Моральное Большинство». Ирак заменил своего мирского шаха Атоллой Хамени, Ция иль Хак стал лидером исламского Пакистана; буддизм был формально признан основой конституции Шри-Ланки, а поляк-антикоммунист стал главой Католической церкви.
Что послужило причиной таких изменений? Верующие все время видят в этом бунт масс против обмана секуляризма элит – будь это американский Верховный суд, легализующий порнографию или Индира Ганди, борющаяся с Индуизмом. С более секулярной точки зрения, Джон Льюис Гаддис, историк из Йельского университета, большая часть религиозной политике датируется 70-ми годами, когда более мирские «-измы», казалось, доказали свою полную несостоятельность.. К тому моменту, грехи Советского Союза выставили марксизм на посмешище, капитализм также столкнулся с определенными препятствиями (нефтяной шок, гиперинфляция). Выражаясь более обще, способность политиков разрешить такие проблемы, как криминал и безработица, была под вопросом: в 70-е люди во всем мире теряли веру в свои правительства, и до сих пор она к ним не вернулась.
Но почему же религиозный фактор, кажется, вновь набирает силу? Первая причина – это серия реакций и контрреакций. Исламский фундаментализм, например, стал стимулом для радикального иудаизма и индуизма, которые, в свою очередь, усилили исламский пыл. Хамаз многим обязан израильским властям. Без Фэлвэлла, Мессера Хитчеса и Давкниса у него не было бы такого количества приверженцев.
Вторая причина в глобализации (новейшей форме современности). Например, для традиционалистов, вера – это защитный барьер от изменений. Для успешных жителей пригородов - стиль движения по жизни. Неслучайно, что книга, ставшая в Америке религиозным бестселлером, называется «Целеустремленная жизнь».
Не важно, что стало основной причиной, главное, что есть две группы людей, которым в наибольшей степени тяжело примириться с условия этого нового мира. Во-первых, это политики. Особенно те, кто занимаются внешней политикой. Принципы реальной политики тяжело сочетать с иррациональностью. К примеру, в 900 страничной «Дипломатии» Генри Киссенджера (лучший образец искусства управления государством) понятие «религия» не упомянуто ни разу (бывший госсекретарь признает свою ошибку и видит в нынешнем положении вещей «удручающую схожесть с XVII веком»).
Г-дин Киссенджер не одинок. До 11 сентября 2001 года большинство «серьезных книг» (за исключением «Столкновения Цивилизаций» Хантингтона) предсказывали секулярный конец истории. Журналисты The Economist были столь уверены в гибели всемогущего, что в номере, посвященном Миллениуму мы опубликовали Его некролог. В конце 90-х по инициативе Мадлен Олбрайт было созвано специальное совещание по проблемам госдепа по проблемам Северной Ирландии, где дипломаты с горечью восклицали: «Кто мог поверить, что в конце XX века мы столкнемся с религиозным конфликтом?»
Все изменилось после 11 сентября. Около десяти лет назад на план ЦРУ по изучению религиозных вопросов было наложено вето, т.к. «это всего лишь вопросы социологии», не играющие большой роли в настоящем. И такие ошибки совершаются до сих пор. Когда американцы вторглись в Ирак, многих волновала «богоданная» внешняя политика Джорджа Буша; и опять же, все было бы не так страшно, если бы Дональд Рамсфилд лучше разбирался в религии и понимал разницу между шиитами и суннитами. «Куда не взглянешь, везде можно найти религиозные проблемы» признает один из «вновь христиан» из команды г-дина Буша. «И дело не только в исламе. Есть еще православие в России, индуистский национализм в Индии, христиане в Китае и далее по списку».
Во-вторых, с все возрастающей ролью религии в публичной жизни придется смириться либералам. Когда религиозные верования абсолютно безрассудны, например, когда в школах преподают креационизм, - с этим легко бороться. Но во многих вопросах либеральный ответ есть у обеих сторон. Либерально ли запрещать ношение крестов сотрудникам «Бритиш Аэрвейс»? Или чьи права нарушаются, когда большинство пассажиров автобуса в Турции, просит водителя остановится, чтобы они могли помолиться?
Раскол в западном либерализме, связанный с двумя революциями, создавшими его (либерализм) вновь набирает силу. Во Франции, где католичество было единственной верой, революционеры питали отвращение к Богу, как к ключевой части старого режима и обещали впредь беречь политику от этого зла. В Америке, напротив, Отцы-Основатели, имевшие различные убеждения, отнеслись к религиозному вопросу мягче. Они отделили Церковь от государства, без малейшего намерения защитить одно от другого.
Последующие статьи – попытка разобраться в этих конфликтах. И еще, всегда важно помнить. Во-первых, многие религии очень хитры, они раздувают количество своих приверженцев, а правительства не учитывают вопрос вероисповедания в своих статистических исследованиях. Во-вторых, в тех случаях, когда верующие клянутся, что знают ответы на все вопросы – это только порождает новые вопросы. И последнее, учтите, какие эмоции вызывает эта тема, поэтому вы вполне можете столкнуться с грубостью в свой адрес.

Интересная статья.Но лучше переводить классику!И интереснее,и никто не возмущается по поводу тематики!

"Хорошая" легенда, чтобы поместить на страницы православного форума гнусный по сущности материал.

Газетный язык и язык классической литературы- это разные вещи.