Вот текст статьи без фотографий и подписей к ним.
Цитата
Олег Матвейчев, Анна Гальперина
Белые начинают
и выигрывают
Самое ценное для средств массовой информации — это внимание аудитории. За него
разворачиваются целые войны, и всякий, выходящий на стезю вещания или изда-
тельства, попадает на поле боя. Свое видение тактики и стратегии излагают кон-
сультант Управления внутренней политики Администрации Президента РФ Олег
Матвейчев и православный обозреватель Анна Гальперина.
Человечество живет в информационную эпоху.
Кто-то пытается не замечать перемен, кто-
то противостоит им, кто-то забывает свои
корни и с головой погружается во всевозможные
модернизации, а кто-то, стараясь оставаться вер-
ным себе, стремится использовать открывшиеся
возможности. К сожалению, часто желание «сде-
лать что-нибудь полезное» на деле оборачивается
ударом по самому себе, возвращается бумерангом.
Разве не добрыми намерениями были движимы
православные публицисты, выступавшие против
показа на сцене Малого театра кощунственного
балета «Благовещенье»? Вряд ли они догадывались,
что устроители шоу, распространяя информацию о
спектакле, рассчитывали на критику в свой адрес,
чтобы раздуть дискуссию о балете и тем самым
привлечь к нему внимание. Если бы не было этой
шумихи, спектакль прошел бы в полупустых залах,
однако после многочисленных выступлений и ана-
фем был аншлаг. Примеров, подобных этому, несчесть.
Попробуем разобраться в том, как функ-
ционируют СМИ в современном обществе, какие
приемы используются для воздействия на потре-
бителя и как не поддаваться на провокации.
Прицел
В начале XX века вместе с появлением СМИ воз-
никли и две теории, описывающие влияние прессы
на общество. Согласно первой, потребитель — это
свободный человек, способный критически оце-
нивать информацию и формировать на ее основе
собственное мнение. При этом СМИ — всего лишь
независимые ретрансляторы объективных фактов
и различных точек зрения.
Вторая теория утверждала прямо противо-
положное: СМИ никогда не бывают независимы,
все факты они излагают тенденциозно, навязывая
определенную позицию. Потребители же подобны
«стаду баранов», напрочь лишены критической
оценки и впитывают все, что говорят им СМИ.
Обе эти теории не выдержали проверки ни
логикой, ни историческим опытом. Только во
второй половине XX века появилась теория,
более-менее адекватно описывающая отношения
между СМИ и обществом,— теория «повестки
дня». В соответствии с ней, из всей совокупности
событий и проблем СМИ выбирают лишь неко-
торые,— те, которые в данный момент будут рас-
сматриваться как самые важные. Эти темы попа-
дают в повестку дня. В свою очередь, потребители
как свободные люди самостоятельно формируют
свое мнение и отношение — но именно к тем темам,
фактам и событиям, которые вошли в повестку
дня. Одним словом, «да» или «нет» говорит зритель
(слушатель, читатель), но вопрос навязывают СМИ.
Постановка вопроса открывает огромный простор
для манипуляций. По мнению аналитиков, если бы
в 1995 году во время президентских выборов на
повестке дня стоял вопрос: «Вы за войну в Чечне
или против?»,— то победил бы Зюганов. И при
формулировке: «Вы против задержек зарплат и
пенсий или нет?»,— опять побеждал Зюганов. Но
повестку дня переформулировали по-другому:
«Вы за прошлое или за будущее?» Из СМИ прак-
тически исчезли репортажи о Чечне, в том числе
и позитивные. Не стало и репортажей о зарплатах
и пенсиях, даже в тех случаях, когда власти могли
похвастаться успехами. Зато стал нагнетаться
антисоветский пафос, а с Ельциным связывался
образ возможного светлого будущего.
Сами журналисты гораздо профессиональнее,
чем обыватели, подходят к оценке эффективности
своей деятельности. Важны не только положитель-
ные, но и отрицательные публикации — они в оди-
наковой степени выталкивают тему в повестку дня.
Именно от общего количества статей на данную
тему зависит, удастся ли ей попасть в центр внима-
ния. Если такое попадание состоялось, то заинте-
ресованные потребители сами вступят в полемику
между собой и раскрутят тему еще дальше.
Доходит до абсурда. В СМИ, например, на про-
тяжении нескольких лет почти нигде не появлялось
положительных отзывов о творчестве лжеистори-
ков Г. В. Носовского и А. Т. Фоменко, которые среди
прочего написали кощунственную книгу о Христе
«Царь славян». Но количество негативных откли-
ков было столь велико, что творчество Носовского
и Фоменко попало-таки в повестку дня, и общество
оказалось перед дилеммой — верить или не верить.
Для того, чтобы сформировать свое мнение, люди
стали покупать их книги, и миллионные тиражи
быстро разошлись. Ознакомившись с содержанием
«исследований», публика разочаровалась, и поток
негативных отзывов возрос многократно. Это
вызвало еще больший общественный резонанс и
опять увеличило объем продаж.
Детонаторы
Поскольку негативные упоминания не уступают по
эффективности позитивным, в медиапространстве
максимально задействуются методы провоцирова-
ния на ответную реакцию. Существуют следующие
приемы информационной провокации:
1. Намеренное усиление тезиса, например, воз-
ведение отдельного случая в систему. Если у про-
вокатора есть факт, что некий священник злоупот-
ребляет чем-то, то будет написано, что вся Церковь
погрязла в злоупотреблениях. Делается это для
того, чтобы заставить обвиняемых оправдываться
и доказывать, что данный случай — исключение, а
не правило. Тем самым провокатор добивается того,
что обвиняемый, по сути дела, сам признает «факт
преступления», подтверждает его своими устами.
Например, вместо того, чтобы вообще проигнори-
ровать тему венчания гомосексуалистов в провин-
циальном городке, авторы, симпатизирующие Пра-
вославию, стали доказывать, что это всего лишь
«отдельный случай». Провокаторы, утверждавшие,
что в Церкви это нормальная практика и, вообще,
«все попы — голубые», остались довольны: хотя бы
«отдельный случай» признали сами православные,
и вдобавок везде про него и говорили.
2. Намеренно слабая аргументация и искаже-
ние фактов используются для того, чтобы вызвать
ответную критику, разжечь дискуссию и тем самым
поднять тему в рейтингах и укрепить ее на первых
строчках повестки дня. Некоторые православные
авторы насчитали в кощунственной книге «Код
да Винчи» около шестисот богословских и исто-
рических ошибок. Многие из этих ошибок стали
поводом для написания разгромных статей. Когда
масса этих статей перевалила критический рубеж,
публика оказалась вынуждена сама вырабатывать
собственное мнение, а для этого пришлось поку-
пать книгу.
3. Создание интриги вокруг объекта или явле-
ния. Один из примеров — книга якобы известного
греческого писателя Никоса Зерваса «Дети против
волшебников», выпущенная издательством «Лубян-
ская площадь». Сколько критиков с удовольствием
потирало руки, когда обнаружилось, что до появ-
ления книги такого издательства не существовало,
а Никос Зервас — не известный писатель, а псевдо-
ним бездарного графомана! Критики не понимали,
что и псевдоним, и издательство — специально
заложенные «мины», которые в нужный момент
сдетонировали, вызвав многочисленные бесплат-
ные публикации о романе в самых рейтинговых
СМИ. Результат — рост продаж.
4. Удар по «больным местам». Когда задача
провокатора — создать антицерковное произведе-
ние, выбор тем у него достаточно широк. Он может
подвергать сомнению чудеса, совершенные Хрис-
том, или ругать за «идеализм» Нагорную пропо-
ведь, но хулители вроде кинорежиссера Мартина
Скорцезе или писателя Дэна Брауна выбирают то,
что является сердцем христианства,— нападают
на божественность Христа или же отрицают Вос-
кресение. Они знают, что это не может не вызвать
реакцию.
5. Намеренное извещение предполагаемых про-
тивников о феномене, который спровоцирует
негативную реакцию. Всякий раз, когда начина-
лось сближение между РПЦ и РПЦЗ, появлялась
информация о возможном визите Папы Римского
в Москву и об улучшении отношений между Рус-
ской Православной Церковью и Ватиканом. Жур-
налисты вежливо просили представителей РПЦЗ
прокомментировать эту информацию. Естественно,
в Зарубежной Церкви поднималась буря возмуще-
ния по поводу «экуменизма» Московского Патри-
архата, и перспектива сближения оказывалась под
угрозой.
Контратака
Перечислить все приемы провокации в одной
статье невозможно. Суть их одна — вызывать реак-
цию. Чем она больше, тем больше у потенциального
потребителя поводов сказать: «Я сам решу!» И он
идет на балет, идет на выставку, смотрит фильм,
покупает книгу.
Понятно, что в большинстве случаев право-
славные журналисты, которые пишут критиче ские
статьи, оказываются в заведомо проигрышной
ситуации. Статья прочитывается за пять минут, а
фото Александра Болмасова
Молитвенное стояние и просветительский пикет
православной общественности
против выхода на экраны «Кода Да Винчи»
несравненно дольше, да еще и художественными
образами. Многие обыватели, которые купили «Код
да Винчи» из желания самостоятельно разобраться,
кто прав, кто виноват, давно забыли о содержании
критических материалов, зато прекрасно помнят
сюжет книги. Типичная реакция: «Интересная, мол,
книга, что это они все к ней придираются?» В итоге
тысячи публикаций добились противоположного
результата — раскрутили посредственный фильм и
кощунственную книгу.
Или другой пример. Кто знал об эпатажном
творчестве Тер-Оганяна и о Сахаровском музее до
того, как туда ворвались православные активисты и
разгромили так называемую «выставку»? Сегодня
Тер-Оганян — известный персонаж, «жертва пра-
вославных фундаменталистов». Он ездит по миру
с лекциями, устраивает свои кощунственные
выставки теперь уже в Нью-Йорке и Париже, полу-
чает гранты от правозащитных фондов.
Впрочем, в некоторых случаях можно вос-
пользоваться и провокацией, чтобы донести свои
взгляды до публики. Например, некоторые публи-
цисты считают, что скандал с Тер-Оганяном поз-
волил православной общественности сплотиться
и показать, чего стоит такое «современное искус-
ство». Позитивные оценки получило и присут-
ствие православной общественности при разгоне
московского гей-парада: в обществе доминирует
отрицательное отношение к содомии и то, что пра-
вославные возглавляют борьбу с этим злом, в гла-
зах простых людей делает их выразителями народ-
ных чаяний, а значит — укрепляет авторитет.
Космический авангард
Думать о том, как реагировать на возможные
нападки — значит заранее проиграть. На всякий
чих не наздравствуешься. Церковь — не монолит,
никогда не получится так, что все будут вести себя
одинаково, разумно и предусмотрительно. Кто-
нибудь обязательно попадется на провокацию.
Православные сами должны формировать
выгодную для себя повестку дня, сами должны
задавать тон в дискуссиях о религии, делать свои
акции, снимать свои фильмы. Пусть лучше атеисты
захлебываются от возмущения, пишут тысячи кри-
тических статей по поводу очередного православ-
ного детектива, пусть правозащитники собирают
пресс-конференции по поводу того, что их право-
защитные чувства оскорблены фактом появления
очередного православного учебника или фильма.
К сожалению, то, что выходит из-под пера «пра-
вославных писателей», обычно не трогает публику.
Вместо того, чтобы называть черное — черным, а
белое — белым, у нас стремятся писать размыто,
неопределенно, постоянно поминая свое «мно-
гогрешное мнение». Это никого не вдохновит, а
ведь не перегнешь — не выпрямишь. Трудно сове-
товать, каким именно должно быть православное
творчество, но скучным оно уж точно быть не
должно. Чем хорош Достоевский, который сделал
для Православия больше, чем тысячи елейных ста-
тей? Он шел на риск описания греха во всей его
прелести. Читая о переживаниях Раскольникова,
мы проникаемся к нему симпатией, мы сродня-
емся с ним, сродняемся с убийцей и гордецом! Но
по ходу действия вместе с героем преображается и
читатель.
Итак, что конкретно можно сделать в пред-
дверии раскрутки очередного кощунственного
фильма? Надо срочно предлагать публике свою
тему, которая отвлекла бы внимание от душевред-
ного произведения! Кто мешает, например, выйти
на «Росавиакосмос» с предложением провести
космический крестный ход и начать подготовку
православного священника в отряде космонавтов?
Информация об этом тут же просочилась бы в
СМИ. Вот это да! Православие — первая конфессия
с представительством в космосе! Можно только
представить степень возмущения «прогрессив-
ной общественности». Другие религии потребуют
включить в отряд своих представителей. Разго-
рится нешуточная дискуссия. Про очередной «Код
да Винчи» никто и не вспомнит. Нужно самим
задавать повестку дня, владеть инициативой.
Впрочем, сегодня никто даже и не пытается
перехватывать инициативу и завладевать инфор-
мационным полем. У всевозможных тер-оганянов
на несколько лет вперед расписано, где они про-
ведут кощунственную выставку и какую прово-
кацию устроят. А существуют ли медиапланы хоть
на год вперед в наших епархиях? Скорее всего, там
даже не слышали, что это такое. Мы только защи-
щаемся, только реагируем, глотаем чужую пыль.
Не надо бояться действовать, нужно быть сме-
лее, энергичнее, идти на риск неизбежного непо-
нимания, неизбежной критики, взрывая обще-
ственное мнение, как это делал Христос, апостолы,
святые.
У Православия есть славные традиции духов-
ного лидерства, и нам надо их приумножать.
