Семь православных девушек долго и настойчиво уговаривали меня стать объектом одного "издевательства" (это их термин), название которого они не сообщали. Под разными предлогами я пытался отказаться, но, в конце концов, обстоятельства вынудили меня дать согласие выполнить все требования девушек. Тогда-то я и узнал, что издевательство называлось "Раздевание под одеялом".
Встав посреди комнаты, я с ног до головы закрылся большим одеялом. Вскоре в помещение зашли девушки и сказали, что загадали одну из вещей моей одежды, и я должен назвать ее. Если угадаю, то сниму одеяло, и издевательство завершиться, а если нет, то придется снять неверно названную вещь.
Я рассудил, что вряд ли интеллигентные православные девушки загадали самое нижнее белье. Также маловероятен был выбор верхней одежды (иначе издевательство быстро бы кончилось). Поэтому мой первый вопрос был таким:
- "Это майка?"
- "Нет!" - весело ответили хитрые девушки. - "Снимай майку!"
Верхняя одежда пока еще мешала мне выполнить это требование, и я продолжил логические рассуждения. Может быть, коварство заключается в том, что обычно человек разделяет понятия "одежда" и "обувь"? Я спросил:
- "Это тапочки?"
- "Нет, не тапочки!" - рассмеялись девушки, и из-под одеяла вылетела моя обувь.
Мысль заработала еще быстрее. А что если здесь двойной обман? Человек думает, что вещи верхней одежды не загадают, и называет предметы нижнего белья, а на самом деле загадан свитер или брюки.
Увы! Под восторженным шумом девушек и свитер, и брюки пришлось снять. Ситуация приближалась к критической, и следующей жертвой издевающимся девушкам стали мои носки.
И тут меня осенило. Люди, длительное время носящие очки, настолько привыкают к ним, что совершенно забывают об этом предмете их экипировки. С уверенным видом я заявил:
- "Кажется, догадался. Очки!"
- "Снимай очки!" - закричали девушки.
Положение стало критическим: на мне оставался только один предмет одежды, и с ним очень не хотелось расстаться.
Разогнанную мысль трудно остановить, и стройная логическая цепь, наконец-то, выстроилась. Я понят, что на протяжении издевательства не только терял одежду, но и постепенно и незаметно приобретал ее. Беспроигрышный ответ мог быть только один:
- "Это одеяло!"

Предостерегать тут незачем.

На пляже тоже все в купальниках - и никто не умер)).

Ну, а если серьезно, то приведенное выше приглашение на подворье остается в силе и не зависит от реакции на рассказ.

"Не ленись! Ведь дни проходят.
Мы у времени в гостях." -
Эти строчки вслух читая,
Помни: все в твоих руках!

Стих хороший! Пожалуй, выучу наизусть

Кто о чем - а Борис все о подворье Одним словом - ответственный.

А ещё вот такое есть: Господь дал кому мало времени, кому больше, но каждому дал его достаточно.

- "Да! Ну, мы не будем мешать тебе одеваться." - ответили девушки и быстро покинули помещение.
Оставшись в одиночестве, я подумал, что девушки напрасно радуются, и заключительное действие этого спектакля еще впереди.
Мое воображение нарисовало следующую картину. В соседней комнате за столом сидят семь православных девушек и ожидают возвращения молодого человека. В дверях появляется решительного вида парень, с ног до головы закрытый одеялом, между сложенными краями которого видна по плечо обнаженная рука, держащая завернутую в свитер одежду. "Витязь" в одеяле серьезным голосом говорит: "Я долго набирался мужества и готов довести начатое до конца." С последними словами сверток одежды и одеяло быстро падают на пол, и непонимающим взорам девушек открывается стройное атлетически сложенное тело. Вернее часть тела все-таки закрыта. На пороге комнаты стоит ухмыляющийся молодой человек, одетый в безрукавку и брюки.
"Нет!" - сказал я себе. - "Православные люди не должны так поступать. Я быстро оденусь, войду в комнату к девушкам и спокойным голосом обращусь к ним: "Сестры, я не обижаюсь на вас, но хотел бы напомнить, что человек создан по образу и подобию Божьему, и случившееся издевательство над ним недопустимо. Я готов простить и сестру, вынудившую меня согласиться на участие в знакомом ей, но неизвестном мне "развлечении", и тех, кто потешался наблюдая за мной, и ту, которая сделала фотоснимок… В общем я прощаю всех вас. Главное, чтобы каждый из нас понял свою ошибку и не повторял ее.""

Кажется, притихшие девушки правильно поняли меня, и им стало стыдно. Чтобы прервать затягивающееся молчание я предложил:
"Продолжим пить чай. Кто угостит меня кусочком яблочного пирога?"

А мне вообще кажется что эта игра не для православных молодых людей

Семь православных девушек долго и настойчиво уговаривали меня стать объектом одного "издевательства" (это их термин), название которого они не сообщали.

Такие ситуации, когда мы испытываем унижение, могут открывать глубоко запрятанные страсти. Вот слова Максима Исповедника (580-662): "Когда тяжко тебе от укоризны или бесчестия, то знай, что великая для тебя от того польза, ибо чрез унижение изгнано из тебя тщеславие".

Когда терпишь скорбь незаслуженно, и не за веру, то очень легко превратиться в какое-то безвольное, бесформенное существо.