ОБЩЕСТВО

Планирование семьи невозможно. Планировать можно только уничтожение семьи. Часть II
(Обзор православных СМИ)

Иван Леонов



Накануне II открытых общественных слушаний в г. Москве 12 декабря 2009 г., на тему: "Защитим детей и семью – спасем Россию", 8 декабря, но в закрытом режиме, за спиной народа, в Госдуме прошел "круглый стол" Комитета по охране здоровья на похожую тему: "Об охране репродуктивного здоровья населения Российской Федерации. Законодательные аспекты".

Как нам представляется, ситуация с этим законом намного серьезнее, чем кажется.

Настораживает, что на "круглом столе" было сказано очень мало конкретного. Много говорилось об оказании гражданам неких услуг по сохранению репродуктивного здоровья, а еще больше о финансировании этих услуг.(1)

Изучение стенограммы позволяет сделать вывод, что на самом деле закон, внесенный комитетом по охране здоровья, является законом о контроле над рождаемостью.

В проекте закона просматриваются скрытые и явные формы поощрение ранней половой жизни, что приводит к распущенности и, как результат, к вырождению нации, бесплодию, поощрение нередкого ныне сожительства без регистрации брака, в котором, как правило, не рожается несколько детей или вообще не бывает ни одного. Половая распущенность негласно объявляется нормой.

На картах мира давно нет тех государств, где терпели распущенность и разврат. Причем, схема вырождения этих народов была общей: массовая проституция – извращения – психические расстройства – неспособность воспроизводить полноценных детей. Так исчезали великие нации…

Как бы того не хотелось, но приходится прийти к выводу, что закон о ювенальной юстиции сопрягается с законом о репродуктивном здоровье. Оба закона логически связаны между собой и преследуют общие цели: сделать необратимыми процессы духовно-нравственного разложения нации, и как следствие, уничтожение традиционной семьи, физического геноцида народа и окончательного развала и порабощения России.

Создается впечатление, что участь закона о репродуктивном здоровье предопределена, что он будет принят без нашего ведома, что мы просто будем поставлены перед фактом.

Напомним, что законы о репродуктивном здоровье уже приняты "в Ивановской, Тульской, Брянской областях, в Республике Дагестан, в некоторых других, постановлениями или указами губернаторов и президентов" (далее см. стенограмму).

Принятие закона о репродуктивном здоровье не просто создает юридическую базу предпосылок для геноцида нации и развала России, но и запускает механизм, который нельзя будет уже остановить.

Если деньги на лоббирование закона выделены, то это, скорее всего, большие деньги или очень большие, и разработчики уже, ясное дело, не остановятся. Начнется пустопорожняя дискуссия по улучшению законопроекта, в то время как его нельзя принимать ни в каком виде. (2)

Изучение стенограммы вызывает недоумение и множество вопросов. Замалчивание, недоговоренности, забалтывание проблем, касающихся будущего страны, можно объяснить только желанием скрыть суть закона о репродуктивном здоровье.

Почему вопросы, ответы на которые очевидны и однозначны, просто игнорируются?

Почему вопросы, на которые можно найти оптимальные решения лишь после широкого, гласного обсуждения, с привлечением общественности - ученых, специалистов, общественных организаций, представляющих интересы многодетных семей, отстаивающих права матери и ребенка и т.д., представителей всех конфессий, (поскольку, закон затрагивает многие нравственные или, как теперь принято говорить, этические проблемы), по существу, отвергаются?

Почему на непростые, неоднозначные вопросы дается невнятный, неконкретный ответ в виде, якобы, общепринятых терминов, значение которых раскрывать как бы уже нет необходимости, и которым разработчики закона, придают смысл как бы бесспорный, не требующий пояснения?

Приемы эти известны и ныне широко применяемые. Называются они манипуляция общественным сознанием.

Цель манипуляции – внедрение в сознание человека мысли, что он сам выбирает идеи, линию своего поведения свободно и без давления. Манипуляция побуждает действовать его не в своих реальных интересах, а в интересах манипулятора. Подобная технология всегда скрыта и ее обязательным прикрытием является миф о личной и политической свободе, правах личности, против чего, как правило, никто не возражает.

В данном случае говорится о бесспорных правах - праве на репродуктивное здоровье, праве ребенка на получение информации. Все как будто верно. Возразить, как будто нечего.

В то же время неявно, недискуссионно, говорится о множестве небесспорных прав.

Скажем, о праве выбирать или не выбирать пол ребенка, и проводить ли для этого селективный аборт;

о праве убивать или не убивать зародившуюся жизнь, а это не только аборт, но и редукция эмбрионов;

о праве использовать или не использовать стволовые клетки из абортивного материала, редуктированных эмбрионов. Они же, дескать, могут в принципе не понадобиться.

Праве пользоваться или не пользоваться школьникам контрацептивной голландской методикой.

Планировщики семьи убеждают, что гормональные контрацептивы, хороши во всех отношениях, поэтому-то их и пропагандируют в школах, наряду с презервативами. Мы же позволим себе предположить, что они хороши только для зарубежных производителей этих препаратов, как и для тех, кто лоббирует их интересы. Несмотря на то, что сокращение населения в нашей стране составляет в среднем 700 тысяч человек в год, рынок России огромен. Подключив к рынку подрастающее поколение, любой чиновник, имеющий доступ к откату, закроет глаза на будущее хоть отдельного человека, хоть целого народа.

Исследования о вреде гормональной контрацепции, могут составить приличную библиотеку. Нельзя без учета мнения общества и без четкой позиции властей делать вид, что использование предлагаемых технологий – ЭКО (экстракорпоральное оплодотворение), ВТР (вспомогательные репродуктивные технологии), суррогатное материнство и проч. не должны иметь ограничений в применении.

Как будут решаться юридические и нравственные (этические) проблемы торговли эмбрионами? Не придем ли мы к тому, что будут совершаться браки или рождаться дети от братьев и сестер, которые даже не подозревают о существовании друг друга, не подозревают, что они братья и сестры. Каковы тогда будут последствия, духовные и физические, для детей, рожденных от таких браков?

Почему эта проблема даже не рассматривалась в ходе обсуждения на "круглом столе"?

Наши законодатели, которым мы делегируем защиту наших интересов, делают вид, что не слышат и не понимают позиции своих избирателей: других ученых, других общественных организаций, представляющих не интересы Совета Европы или международных организаций, а права матери и ребенка, многодетных матерей и т.д., у которых могут быть иные представления о правах. Скажем, о праве на защиту детского физического и психического здоровья, которое принудительное сексуальное просвещение ни "до семи, ни даже до пяти лет" (Лахова), по их мнению, не укрепит, а скорее расшатает, заодно и со здоровьем их родителей, а бабушек и дедушек, пожалуй, и доконает.

На практике эти "образовательные" программы уже стали тропинкой, по которой разврат и порнография оправились в школу на законном основании. Часто, во время таких занятий с семилетними малышами, в качестве наглядных пособий использовались порнографические, или близкие к ним, фильмы.

продолжение здесь http://www.moral.ru/fp02.html