Новая "cталинизация" к 9 мая Опции

[Андрей (Мирослав...]

К 9 мая мэр Москвы Юрий Михайлович Лужков обещал повесить по Москве плакаты посвященные победе в ВОВ с изображением Сталина,
а в Петербурге предприимчивые граждане предлагают раскрасить местные троллейбусы вот такой рекламой:



Между тем, известно при Сталине было расстреляно 682 тыс. человек

По Москве списки можно посмотреть здесь:

http://mos.memo.ru/

Например, сколько людей было расстреляно на вашей улице ?

Вводим название улицы, например, Мерзляковский пер., д.13, кв.18

читаем:

Радкевич Александр Сергеевич, род. 1881, г. Смоленска, русский, б/п, институт Землеустройства: преподаватель военной кафедры. Адрес: Мерзляковский пер., д.13, кв. 18. Рассстрелян 19.12.1937. Место захоронения: Бутово.

[Николай 1975]

Вадим КОЖИНОВ Россия век XX (1939 - 1964)
Вместо эпилога. Откуда и куда мы идем?
...
Между тем наша страна, поскольку она до 1990-х годов жила как бы только тем, что породила Революция, оказалась в гораздо более прискорбном положении. Закономерное "разочарование" в плодах Революции для большинства людей означало "разочарование" в самом своем Отечестве, ибо не только молодые, но и старшие поколения не были кровно связаны с тысячелетним историческим бытием и самосознанием своей страны,- бытием и самосознанием, которые по своей общечеловеческой ценности не уступают истории и культуре любой другой страны. В результате масса людей поверили крикливым "идеологам", утверждавшим, что Россия-де не принадлежит к странам "нормальным", "цивилизованным", "культурным" и т. п., и началась волна поистине патологического низкопоклонства перед иными странами, у которых мы, мол, должны, так сказать, с нуля учится и жить, и мыслить.

Дело вовсе не в том, что предлагается нечто "унизительное"; дело в том, что действительно жить и мыслить можно только на основе, на почве собственной истории и культуры. Любое "заимствование" осуществимо лишь при условии, что оно врастает в наше бытие и сознание и тем самым, между прочим, неизбежно обретает существенно иной смысл и значение, нежели имело там, откуда мы его взяли.

Дело вовсе не в том, что предлагается нечто "унизительное"; дело в том, что действительно жить и мыслить можно только на основе, на почве собственной истории и культуры. Любое "заимствование" осуществимо лишь при условии, что оно врастает в наше бытие и сознание и тем самым, между прочим, неизбежно обретает существенно иной смысл и значение, нежели имело там, откуда мы его взяли.

То, что происходит сейчас, назревало уже давно, хотя и подспудно. Почти сорок лет назад меня прямо-таки поразил и, естественно, навсегда запал в память один внешне вроде бы незначительный разговор, который на самом деле явился своего рода "откровением", В 1961 году я начал добиваться издания книги о Достоевском, принадлежащей одному из очень немногих "уцелевших" корифеев отечественной мысли - М. М. Бахтину, Одним из многочисленных "ходов" в этой операции была попытка найти поддержку у весьма влиятельного "идеологического деятеля", настроенного к тому же весьма патриотически. Я сказал ему, что, поскольку Достоевский известен во всем мире, великолепная бахтинская книга о нем обязательно привлечет внимание и, без сомнения, повысит мировой авторитет нашей современной культуры. Ответ, повторю, поразил меня:

- На Западе, - возразил мне этот вроде бы патриотический деятель, - давно написали о Достоевском гораздо глубже, чем ваш Бахтин.
Мой собеседник был советским патриотом и готов был бороться со всем буржуазным, но в то же время он полагал, что западная культура мысли как таковая заведомо превосходит русскую. Главной причиной этого фактического низкопоклонства перед Западом была оторванность от русской мысли в ее высших воплощениях. И незачем называть имя этого "идеологического работника", ибо почти все его коллеги были точно такими же. Несколько позднее, в 1970-х годах, когда мне уже удалось добиться издания книги М. М. Бахтина, другой "идеологический работник" препятствовал новым публикациям, но затем побывал в Париже, узнал, что там чрезвычайно высоко ценят Михаила Михайловича, и изменил отношение к нему...

Но в заключение необходимо со всей определенностью сказать, что 75 лет, жизнь трех поколений, невозможно выбросить из истории, объявив их (это в 1990-х годах делали многие) "черной дырой". Те, кто усматривают цель в "возврате" в дореволюционное прошлое (особенно, если учитывать всю его отдаленность во времени), не более правы, чем те, кто до 1990-х годов считали своего рода началом истории страны 1917-й год. Истинная цель в том, чтобы срастить времена, а не в том, чтобы еще раз - хоть и с иной "оценкой" - противопоставить историю до 1917-го и после него.

Кроме того, проклинающие ныне послереволюционную эпоху авторы и ораторы совершенно безосновательно объявляют ее временем бессмысленной массовой гибели и страданий людей. Если считать время от времени взрывавшиеся в самых различных странах мира революции бессмыслицей, следует уж тогда объявить бессмысленным бытие человечества вообще. А любая революция есть уничтожение существовавшего до него общества, и поскольку никакого другого общества, кроме наличного, пока и нет, потенциально революция грозит гибелью всём и каждому...

Далее, как я стремился показать в этом сочинении, масштабы гибели людей входе революции последовательно сокращаются: в 1930 годах они намного меньше, чем в 1920-х (хотя многие без всяких оснований думают иначе), и еще значительнее они уменьшаются в 1940-1950-х, а с 1964 года политические убийства вообще не имеют места (между тем, если внимать нынешним СМИ, время с 1917 по 1985 год - время чуть ли не непрестанных казней).
И последнее. Революция - это, конечно же, трагическая, даже предельно трагическая пора в истории России.
Но несостоятельны те авторы, которые пытаются представить революционную трагедию как нечто "принижающее", даже чуть ли даже не "позорящее" нашу страну. Во-первых, жизнь и человека и любой страны несет в себе трагический смысл, ибо люди и страны смертны. А во-вторых, трагедия и с религиозной, и с философской точки зрения отнюдь не принадлежит к сфере "низменного" и "постыдного"; более того, трагедия есть свидетельство избранности...

Словом, можно скорбеть о России, которую постигла Революция, но только низменный взгляд видит в этом унижение своего Отечества.

http://www.hrono.ru/libris/kozh39_3_3.html

Примером такой избраности могут служить страдания Иова...
Был ли Иов только грешником или на нем была и милость Господа верящего в него настолько
что Он Господь попустил ему такие испытания.
Выяснение того кто был палачь а кто жертва не всегда до конца возможно
особенно сейчас когда власть не заинтересована в правде.
Но утверждать что Россия плоха, потому что у неё были такие вещи как революция...
по меньшей мере не дальновидно.

Так как Вы не захотели читать Кожинова мне так и пришлось привести очень многое.
Услышите ли его ? Я думаю врят ли. Человек существо очень инертное.
В этом есть как плюсы так и минусы. Плюс на пример в том что человек благодаря этому
не метается постоянно из стороны в сторону. Минусу я думаю Вы и сами знаите.
Но все же я надеюсь Вы как минимум согласитесь Во взгляде что это не только унижение
не только фанатизм и глупость...

Я тоже был последовательным противником совецкого строя ...
но чтение Кожинова дало мне понять что Советцкий строй это тоже Россия.
---------
Кстати сходного мнения придерживается и Авернянов на пример так:
Разрыв традиции
Первый этап Смутного времени всегда бывал связан с отказом от традиции политической легитимации и приходился на ее первые шесть-семь лет (1598-1605, 1905-1912, 1985-1991 годы).

Три ключевых носителя верховной власти - Годунов, Николай II первого десятилетия XX века и Горбачев - стремились сочетать обе традиции, отвергнутую и едва складывавшуюся, старались не замечать их несовместимости. Да и сами они в полной мере олицетворяли противоречия переломной эпохи. На первом этапе Смутных времен отчетливо проявляется их характерный признак: неумение власти увидеть реальные причины политической дисгармонии, самоубийственное распиливание несущих конструкций государственности.
Завершение первого этапа смут (1605, 1912, 1991 годы) всегда ознаменовано мощной реакцией на отказ от традиции, это момент высокого накала страстей. Реакционеры выступают представителями попранной традиции, дискредитированных священных авторитетов. Однако торжество реакции даже в лучшем случае исчисляется только годами. "Беззаконное царство" Лжедмитрия I, "самодержавное мракобесие" и "черносотенный угар" времен Николая II, "потерявшие всякий стыд и совесть путчисты" - с такими характеристиками осталась эта реакция в политическом дискурсе.
Второй этап Смутного времени (1606-1611, 1912-1918, 1991-1997 годы) обнажает ее (реакционной эпохи) ключевой феномен - шизогонию власти, доходящую до полного размывания легитимности, когда и народные низы, и респектабельные сословия не знают, кого признать вполне правомочным. Возникает режим более или менее устойчивого параллельного сосуществования властей, которые борются между собой, но, одержав победу, вновь раскалываются на враждующие лагеря.

http://shuravi.livejournal.com/4752.html

----------------------
И снова Катын.
Встретил в инете такую фразу:
Никогда не забуду профессора Оглоблина, преподававшего патологоанатомию в Смоленском мединституте,
члена комиссии Бурденко 1944 года. Когда в 60-е годы прошлого века в мединституте ходили слухи, что Поляков расстреляли наши в 1939-1940 годах, он очень возмущался. Говорил, "что я не отличу свежачок, полежавший в земле не более 2 лет от старого трупа? Свежачки там лежали, любой паталогоанатом сразу поймет".
Звучит очень правдоподобно ...
А вот многие слова современных политиков звучат как минимум ошибка ...(ну что со всеми бывает)
а скорее всего целенаправленная ложь.

Господи спаси нас.